— Мы уже у подъезда. Веру оставим у вас до вечера. Ты спустишься или нам подняться? — бодро сообщил голос брата. Алиса стояла босиком на холодной плитке кухни, сжимая телефон. За окном мягко падал снег, на столе остывал кривой, но такой родной омлет, а в комнате Роман возился с проектором, напевая что-то себе под нос. … Read more
Я когда-то смотрела старый французский фильм, названия уже не вспомню. Там героиня полтора часа изящно расставляла тарелки, улыбалась мужу, а в конце просто вышла в дверь, оставив на столе связку ключей. Тогда, в свои двадцать два, я фыркнула: «Ну и дура, могла бы хоть высказаться». Сейчас, в тридцать шесть, стоя посреди своей сверкающей кухни в … Read more
Элина припарковала серебристый кроссовер во дворе и выключила двигатель. Руки сами потянулись к сумке на заднем сиденье — ноутбук, папки с документами, телефон. Рабочий день закончился час назад, но последние переговоры с партнерами затянулись. Женщина поднялась на третий этаж, вставила ключ в замок. Квартира встретила её тишиной. В гостиной горел свет — Ростислав сидел на … Read more
Липкая бордовая клякса расползалась по кремовому шелку на моих коленях. Холодный вишневый сок пропитал тонкую ткань моментально, неприятно холодя кожу. В воздухе тяжело запахло жженым сахаром, переспелой ягодой и дорогим парфюмом Риммы Аркадьевны, от которого у меня всегда в голове начинался тяжелый удар. — Ой, Верочка, надо же, какая неприятность! — Римма Аркадьевна всплеснула руками, … Read more
Если бы вы посмотрели на мою жизнь на бумаге, это было бы похоже на список потерь. Я просыпаюсь в 4:30 утра каждый день в доме, который издает все неправильные звуки. Он слишком велик для одного человека и слишком важен, чтобы его продать. Третья комната по коридору до сих пор пахнет клубничным шампунем и невинностью. Если … Read more
Мне было 8 лет, и отчим бил меня уже тогда регулярно, а не только по праздникам. Сначала я думала, что за меня заступится мама. Отчим был для неё по всем меркам выгодной партией. С домом, деньгами, руками из того места, да ещё и взял с довеском. То есть, со мной. Золото, а не мужик. Окружение … Read more
Огромный шмат домашней буженины был грубо искромсан. Кто-то отрезал самые сочные куски прямо по центру, оставив по краям заветренные ошметки. Степан смотрел на испорченный деликатес, который вез от родственников из деревни за триста километров, и чувствовал, как дергается правое веко. Мясо предназначалось для завтрашнего застолья — у его отца намечался юбилей. За спиной скрипнули петли … Read more
Тяжелая перьевая ручка скользнула по плотной бумаге, оставив размашистый синий след. Юля поставила последнюю подпись на соглашении о разделе имущества. Точнее, об отсутствии у нее каких-либо претензий. Она сидела на краешке неудобного дизайнерского стула в гостиной загородного дома. За окном монотонно барабанил по стеклу октябрьский дождь. — Ну слава богу, отмучились, — Тамара Ильинична брезгливо … Read more
Синяя купюра в две тысячи рублей плавно опустилась на скатерть, прямо в лужицу от пролитого морса. Бумага мгновенно намокла, потемнела и стала похожа на грязную тряпку. — Бери, бери, — голос отца, Петра Николаевича, рокотал над столом, перекрывая звон хрусталя. — На такси тебе хватит. А Кристине машина нужнее. Она у нас девочка представительная, она … Read more
— Зин, мне плохо… Пусти домой. Он стоял на крыльце, прислонившись к косяку, будто вот-вот рухнет. Рубашка помята, глаза красные, руки дрожат. Полгода назад он выглядел иначе — подтянутый, бодрый, с новой стрижкой и запахом дорогого одеколона Кристины. — Дом? — я не шевельнулась с порога. — Ты его полгода назад променял на молодую. Пошёл … Read more